Л — Лиговка. Новая буква «Азбуки улиц»

Share Button

Этот район изначально был городской окраиной. Здесь, вдали от дворцов, банков и шикарных магазинов, на городской окраине селились люди без корней, простые, рисковые, которые трудились и отдыхали, что называется,  на  износ. На них  были рассчитаны дешевые гостиницы, питейные заведения, притоны, публичные дома. Они и создали репутацию этой части города.

В этот район приличным людям заходить не стоило, хотя и в целом по Санкт-Петербургу криминальная ситуация пугала. Например, в 1900 году петербургским окружным судом обвинялось в убийстве 227 человек, а в 1913-м — уже 794. Динамика других видов преступлений также была не лучше.

О темной стороне Лиговки, ее истории и знаковых местах рассказывает экскурсовод Андрей Чапаев.

По легенде, на Лиговском проспекте, 10/118, российские «четкие» пацаны получили свое родовое имя — гопники. По этому адресу располагается гостиница «Октябрьская», еще 100 лет назад известная как «Знаменская». Строили ее в конце XIX века в расчете на приличную публику, приезжавшую на Николаевский (ныне Московский) вокзал. По некоторым источникам, именно в этом отеле открылось Городское общество приюта, а после революции — Городское общежитие пролетариата, сокращенно — ГОП.

 

 

Говорят, гопникам в отеле очень понравилось. Рядом Лиговка, в большом количестве населенная другими такими же «четкими» пацанами, с которыми можно дружить и драться. В шаговой доступности вокзал, куда приезжала масса народу с деньгами, но с местными обычаями не знакомая. Считается, что отсюда пошло слово «гоп-стоп», или уличное нападение с целью хищения имущества с помощью или под угрозой насилия.

По той же стороне, что и вокзал, находится дом Перцова (Лиговский, 44), памятник стиля модерн. В 1910 — 1912 годах богатый инженер Александр Николаевич Перцов построил образцовый доходный дом, рассчитанный на средний класс. Была в нем обширная система подвалов — от Лиговского проспекта почти до железной дороги. Что и оценили криминальные элементы.

 

Подземелья, ставшие после революции почти бесхозными, легко выводили от проспекта прямо к железной дороге, а там уж ищи-свищи. Говорят, подземелья встречаются не только под Перцовым домом. В начале ХХ века застройка района происходила без всякого градостроительного плана, почти хаотично. В результате под землей остались пустоты, состоящие из фрагментов подвалов и погребов некогда стоящих на поверхности зданий. Воровской мир активно использовал их для обустройства притонов.

Чубаров, ныне Транспортный, переулок (рядом со станцией метро «Лиговский проспект»), вписал свою славную страницу  в хулиганскую летопись края. В 1926 году здесь произошло одно из самых резонансных преступлений в послереволюционной истории города. На территории сада Сан-Галли  (Лиговский проспект, 62-64) местная шпана избила и изнасиловала работницу одного из местных заводов с образцовой, как считала новая власть, биографией — приехала в город из деревни, прилежно училась, старательно работала на производстве.

 

В результате недолгих поисков к суду были привлечены 27 человек. Из уголовного дело было переквалифицировано в политическое, в результате пять обвиняемых приговорили к расстрелу, еще двоих оправдали, а остальные «герои» уехали на Соловки. Именно этот процесс стал водоразделом, после которого советская власть поняла всю опасность «хулиганства» (до этого в УК профильная статья хоть и была, но к хулиганам относились как к классово близким элементам, пусть и несознательным).

Еще одно знаковое для «теневой» Лиговки место — дом на Воронежской, 38 (старинное здание позади ст. метро «Обводный канал», во дворе торгового центра). Это все, что осталось от печально знаменитой некогда Кобызевской лавры (по фамилии владельца, купца 2-й гильдии Михаила Никитича Кобызева).

 

Бани, ночлежный дом и трактир соседствовали с громадным воровским притоном, известным всему Санкт-Петербургу под названием Холмуши, местом, по словам современников, мрачным, как тюрьма, и грязным, как выгребная яма. Любой питерский вор знал, что путь с краденым товаром ведет на Холмуши, где, хоть и за копейку, но продать можно  абсолютно все и в любое время купить водку.  Скупщики обычно собирались под вечер. Летом их клиентами часто становились сезонные рабочие, сбывавшие украденные на стройках материалы. О нравах, царящих здесь, красноречиво свидетельствует местная поговорка: «Холмуши не Нева, трупа на поверхность не выкинут». В конце XIX века в Кобозевскую лавру стала наведываться графиня Софья Владимировна Панина, которая открыла здесь бесплатную столовую для детей рабочих. Позже она приобрела участок земли, где по проекту архитектора Юлия Юльевича Бенуа построила Народный дом (Тамбовская улица, 63). Панина верила в народное просвещение, считая его панацеей от социальных язв. В Народном доме  работала бесплатная столовая для детей и взрослых, прачечная, спортивные залы, библиотека, театральный зал, учебные классы. Здесь читали лекции Вернадский, Графтио, Лесгафт.

К середине ХХ века Лиговка перестала быть районом, куда заходить опасно. По словам одного из местных бездомных, в районе много пунктов приема вторсырья, торгующих контрафактным спиртом, достаточно заброшенных зданий, есть дешевые бани, где можно раздобыть горячей воды. Былую вольницу существенно потеснили, но не искоренили совсем.

 

НАШ ПРОЕКТ:

streetalphabet.ru


 

Здесь еще много мест, тесно связанных с былой славой. Например, Николаевский дом презрения престарелых и увечных граждан купеческого и мещанского сословий (Растанная улица, 20), Волковское кладбище, где нашли последний приют многие лиговские обитатели. Или Пушкинская, 10, первый в истории современной России официальный сквот, где жили и работали Борис Гребенщиков, Юрий Шевчук, Тимур Новиков и другие деятели андеграунда.


Подробности можно узнать на странице экскурсовода Андрея Чапаева.

Share Button

Оставьте первым свое мнение.

Прокомментировать